ВАЛЮТНАЯ ИПОТЕКА: НЕ ЗАБУДЕМ, НЕ ПРОСТИМ

Проблема валютных ипотечных заемщиков в последнее время является весьма популярной темой и мнение общества относительно этого вопроса разделилось: часть населения страны считает, что необходимо поддержать валютных заемщиков, а другая – что данные люди добровольно вступили в договорные отношения со своими банками, а значит должны самостоятельно отвечать по своим обязательствам. Несмотря на то, что обе эти позиции, безусловно, имеют право на жизнь, большинство сторонников решения оказать поддержку валютным ипотечникам упускают ряд критических моментов в своих рассуждениях.

Прежде всего давайте трезво оценим масштабы проблемы. Многочисленные громкие акции протеста со стороны валютных ипотечников создают впечатление того, что это какая-то глобальная проблема, однако это не так: в России в настоящий момент порядка 3,3 млн действующих ипотечных кредитов, из которых порядка 18 тысяч номинированы в иностранной валюте. Таким образом, проблема валютных ипотечных заемщиков – это проблема приблизительно 0,5% от общего числа ипотечных заемщиков или 0,01% от населения России.

Второй важный момент, который следует учесть, это размер долга на одного валютного ипотечника. Суммарная задолженность по валютным ипотечным кредитам составляет порядка 135 млрд руб., то есть на одного заемщика в среднем приходится порядка 7,5 млн руб. долга. При этом число россиян с доходами ниже прожиточного минимума превышает 20 млн человек – удивительно, что при таких цифрах, мы слышим со всех сторон призывы помочь валютным ипотечникам, но при этом забываем, что почти 15% населения страны не способны не то, что обеспечить себе жилье, но даже купить хлеба. Может быть есть смысл прежде всего оказать помощь тем, кто действительно в ней нуждается, а не спонсировать улучшение жилищных условий весьма ограниченной группы лиц?

Наконец, третий принципиальный момент, о котором почему-то забывают сторонники решения оказать помощь заемщикам, это то, что бесплатных денег не бывает. Если мы спонсируем валютных ипотечников, то необходимо определить источник средств для подобной благотворительности. Глобально, тут может быть два варианта: либо убытки ложатся на государство, либо на банки. В условиях бюджетного дефицита и сложной макроэкономической ситуации, первый вариант выглядит опасным: существует серьезная вероятность того, что данные убытки в конечном счете будут переложены на население страны – через повышение налогов или, к примеру, рост инфляции в случае эмиссии денег. В таком случае мне, как налогоплательщику, который вовремя исполняет свои обязательства, не совсем понятно, почему за мой счет должны решаться проблемы других должников.

Попытка же переложить убытки на банки приведет сразу к двум негативным последствиям. Во-первых, банковский сектор, и так переживающий сейчас не лучшие времена, столкнется со значительными убытками: если пересчитать валютную ипотеку по курсу, рекомендованному ЦБ (39,39 руб./$ и 49,98 руб./евро), на чем, собственно, и настаивает большинство валютных заемщиков, то убытки банков превысят 65 млрд руб. только от переоценки, не говоря уж о том, что ряду банков придется досоздавать резервы по данным кредитам (так как это будет считаться реструктуризацией). В масштабах банковской системы это, может быть, и не критичная цифра, однако для отдельных игроков подобная переоценка может оказаться весьма накладной. Во-вторых, и это гораздо более важный фактор, банк является точно таким же участником договора, как и заемщик. Первая же статья Гражданского Кодекса РФ говорит о равноправии сторон и свободе договора. Иными словами, заемщики добровольно заключили договор с банком и непонятно, почему банк должен нести убытки. Риск изменения курсов валют лежит на той стороне, которая согласилась на подобный кредит, а вовсе не на банке. Представьте себе обратную ситуацию: вы положили в банк валютный депозит, а кредитная организация отказывается его вам возвращать, аргументируя это резким ростом курса доллара. Фактически данный пример ничем не отличается от ситуации с валютными ипотечниками – и если мы соглашаемся простить долги заемщикам, то мы должны быть готовы позволить и банкам не выполнять свои валютные обязательства – в противном случае мы нарушаем Гражданский Кодекс. В-третьих, любые расходы банка так или иначе перекладываются в конечном счете на его клиентов – и если мы сегодня заставляем банки пересчитывать валютную ипотеку, то завтра можно смело ждать ухудшений предлагаемых банком условий по всем прочим продуктам – причем не для тех, кто не платит по долгам, а для всех клиентов сразу. Иными словами, банк в любом случае не будет расплачиваться за проблемы валютных ипотечников – это будут делать прочие клиенты, в том числе и исправно обслуживающие все свои обязательства.

В целом, по-человечески валютных ипотечников понять, конечно, можно. И мне правда искренне жалко людей, попавших в подобную ситуацию. Однако важно помнить, что они в эту самую ситуацию попали абсолютно добровольно: они взяли на себя валютный риск, который, к сожалению, в полной мере реализовался. В этом ключе валютные ипотечники ничем не отличаются от проигравших в казино, потерявших деньги на рынке форекс с гигантским плечом или, к примеру, купивших картину начинающего художника в надежде на бурный рост ее стоимости: если человек добровольно идет на тот или иной риск, то, по моему мнению, отвечать за последствия должен именно он.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar
wpDiscuz