САМАЯ БОЛЬШАЯ ТАЙНА ВЗАИМНО-ИНВЕСТИЦИОННЫХ ФОНДОВ

Взаимно-инвестиционные (или, как их иначе называют, «паевые») фонды – самая популярная форма вложения капитала на фондовых рынках. Фонды – это вотчина скромных и занятых людей, каковых – как можно догадаться – подавляющее большинство на планете.

Для самостоятельной работы на бирже требуется много знаний. Для знаний требуется много времени. И то, и другое в страшном дефиците у homo laborans – человека трудящегося, трубящего с 9 до 18 пять дней в неделю, а по выходным с трудом переводящего дух на пиве, барбекю и Суперболе. Какие уж тут знания, какие самостоятельные инвестиции!

Неудивительно, что 99% активов государственных и частных пенсионных фондов, равно как и активы частных пенсионных вкладов передаются во взаимно-инвестиционные фонды, которые – как представляется общественности – только и способны обеспечить сбалансированный прирост инвестиций.

Прямым результатом почти безальтернативной «парковки» сбережений во взаимно-инвестиционных фондах стал экспоненциальный рост их активов, ускоренная концентрация капитала и превращение самых крупных фондов в сущих левиафанов, чья капитализация зашкаливает воображение.

Сегодня в мире насчитывается 79 тысяч 669 взаимно-инвестиционных фондов, которые управляют инвестициями на сумму в 31 триллион (!) 380 миллиардов долларов. Самый крупный фонд Vanguard решает судьбу 1 триллиона 989 миллиардов кровно заработанных «гринбэков».

vcollege-exante-20

Один из множества инвестиционных фондов Vanguard Group – Vanguard Total International Bond ETF, чьи средства вложены в бумаги с фиксированным доходом, эмитированные за пределами США. Актив представлен в форме ETF (Exchange Traded Fund) – ценной бумаги, которую можно покупать и продавать на бирже (в данном случае NASDAQ).

Тон задают, разумеется, североамериканские структуры, которые при относительно небольшом числе (9260 фондов – всего 11% от мирового числа) контролируют почти 90% мировых инвестиций (27,6 триллиона долларов). Эти пропорции легко объяснить: Америка генерирует больше всего богатств, распределённых относительно равномерно по всему обществу, равно как и демонстрирует один из самых высоких в мире уровней производительности труда. Как следствие мы видим население, наделённое богатством, однако же и погружённое денно и нощно в производство этого богатства. На сохранение материального благополучия времени не остаётся, поэтому почти поголовно американские люди отдают свои деньги в «системы коллективного преумножения сбережений». Взаимно-инвестиционные фонды – самые популярные из таковых.

Структуры паевых фондов и их российские вариации вроде ПИФов и АИФов мы будем изучать в нашем инвестиционном курсе, сейчас же мне бы хотелось рассказать о фундаменте, на котором покоится всё современное взаимно-инвестиционное великолепие. Не то чтобы этот фундамент был великой тайной, однако о нём мало кто сегодня догадывается из широкой публики, а профессиональные портфельные люди не особо спешат поминать его всуе.

Речь идёт о доходности инвестирования в паевые фонды, точнее о типе этой доходности. Дело в том, что доходность эта указывается как relative return, то есть доходность относительная. В то время как доходность абсолютная (absolute return) является привилегией исключительно частных хедж-фондов, прямой доступ в которые рядовой публике заказан, поскольку предъявляет высокие требования к финансовой состоятельности (минимальное инвестирование – от полумиллиона долларов, минимальный годовой доход – не менее 200 тысяч долларов). Не подумайте только, что мы, простые смертные, работать с хедж-фондами не можем – ещё как можем, но только окольными путями (через биржу). Об этом мы непременно поговорим в другой раз, а сейчас хотелось бы разобраться до конца со взаимно-инвестиционными фондами.

Смысл relative return, относительной доходности, заключается в том, что результат работы паевого фонда сравнивается с рыночными показателями. Лукавая метафора английской фразы «beat the market – побить рынок» как раз эту относительную доходность и камуфлирует. Говорят, что паевой фонд «побил рынок» в 2014 году даже в том случае, если по результатам года рынок упал на 10%, а фонд продемонстрировал доходность в минус 5%!

Формально всё так и есть: результат инвестиционной деятельности фонда в два раза выше самого рынка. Так что он beat the market по полной программе. И это считается хорошо. Этим, типа, нужно по меньшей мере гордиться. С какого, спрашивается, бодуна?

Всё это безобразие началось в теперь уже далёкие 70-е годы, когда учёные экономические мужи осмелели до такой степени, что предали широкой публичной огласке исторические результаты деятельности взаимно-инвестиционных фондов. Раньше, разумеется, об этих результатах знал даже последний клерк на Уолл-Стрит. Знал и тихо посмеивался вместе с товарищами в курилке. Дальше курилки это знание, правда, не расходилось.

Первым запустил червячка под кожу Бёртон Мелкиел в книге «Прогулка по Уолл-Стрит» (1973). Затем «секрет» разжевали в профессиональной общедоступной прессе Пол Сэмюэлсон (статья в журнале «The Journal of Protfolio Management», 1974) и Чарли Эллис (Financial Analysts Journal, 1975). Последний гвоздь в крышку гроба мифа гениальности портфельных менеджеров забил Эл Эрбар на страницах массового журнала Fortune (1975) звучал так: «Исторически результативность взаимно-паевых фондов однозначно ниже, чем показатели самого рынка, измеряемые поведением широкого индекса вроде Standard & Poor’s 500».

Такая вот неприятка. Иными словами, сотни и тысячи профессиональные портфельных менеджеров, сидящих десятилетиями на жирных зарплатах в паевых фондах и отбирающих «правильные» ценные бумаги для вложения, добиваются доходности, которая ниже того, что показывает простой рыночный индекс!

Сначала профессиональные портфельные люди чутка поконфузились, однако быстро оправились. В том же переломном 1975 году Джон Богл создал First Index Investment Trust – взаимно-инвестиционный фонд, все деньги которого вкладываются в ценные бумаги, входящие в индекс Standard & Poor’s 500. Вкладываются не только в те же самые бумаги, но и в точно той же пропорции, в какой они представлены в индексе.

Профессиональная тусовка над фондом Богла активно потешалась, пустив в оборот крылатую фразу Bogle’s Folly («безумие Богла»), однако доходность инициативы, оказавшейся, как и ожидалось, выше доходности «рукотворных» фондов, быстро расставило всё по своим местам: первоначальные активы First Index Investment Trust (переименованный в Vanguard 500 Index Fund) в размере 11 миллионов долларов превратились сегодня в 195 миллиардов, а компания Богла – The Vanguard Group – является крупнейшим взаимно-паевым фондом в мире (14 тысяч сотрудников, 3 триллиона долларов в управлении!)

vcollege-exante-21

Ещё один ETF от Vanguard Group – Vanguard Long-Term Government Bond: средства этого фонда вложены в долгосрочные долговые обязательства Казначейства США и другой долг правительства.

Честное признание величия Великой Гипотезы Эффективности Рынка («Текущая стоимость ценных бумаг целиком дисконтирует всю доступную информацию») привело к тому, что сегодня так называемые индексные взаимно-инвестиционные фонды являются самым популярным и многочисленным инструментом пассивного инвестирования в мире. Неудивительно, что практически все без исключения государственные пенсионные фонды Америки вкладывают свои деньги именно в такой – индексный – тип фондов.

Однако не только достойные показатели индексных фондов на фоне так называемых Managed Funds (фондов под «ручным» управлением портфельных менеджеров) объясняют их эксклюзивную популярность. Поскольку слепое следование за индексом можно доверить компьютерам и предельно автоматизировать, индексные фонды на порядок снизили свои расходы за счёт исключения из сметы недетских окладов портфельных аналитиков и менеджеров. Обстоятельство, естественным образом повысившее привлекательность инвестирования виндексные фонды в глазах гигантских структур вроде пенсионных фондов (коих в США 9 триллионов долларов в государственных формациях и 15,5 – в частных).

vcollege-exante-22

Взаимно-инвестиционный фонд PIMCO Dynamic Income Fund закрытого типа, под управлением компании Allianz Global Investors Fund Management, вкладывает свои активы по всему миру в бумаги с фиксированным доходом, обеспеченные ипотекой, облигации инвестиционного уровня, эмитированные публичными высокодоходными компаниями, а также корпоративные и государственные долговые обязательства развивающихся стран,

Индексные фонды – это, конечно, замечательно. Однако они служат лишь объяснением, но никак не оправданием относительной доходности, которая в паевой индустрии заменяет собойдоходность абсолютную. Фонды имитируют поведение рынка, рынок уходит в пике, фонды дают отрицательную доходность – вот сценарий, за который не с кого сегодня спрашивать! А то как же? Форс-мажор. Плохая конъюнктура рынка. Не повезло. Бывает. Всё равно в долгосрочной перспективе результат индексного фонда, как продемонстрировали нам учёные мужи, оказывается лучше результата «ручной подборки» активов для инвестирования.

Вот мы и подошли, собственно, к кульминационному моменту нашего разговора. Вы, наверное, догадались, что затеял я его вовсе не для того, чтобы покритиковать концепцию относительной доходности и индексные фонды. Очевидно, что мера риска и – главное! – распределение ответственности (точнее снятие с конкретных менеджеров всякой ответственности!) при инвестировании в индексные фонды таковы, что они безусловно и навсегда будут предпочтительным инструментом для «парковки» пенсионных денег. Но ведь на пенсионных деньгах свет клином не сошёлся. Есть ещё мы с вами, частные инвесторы, заинтересованные если уж не в самостоятельном трейдинге и активном инвестировании, то по крайней мере в выборе инструментов, в которых жупел «относительной доходности» не служит оправданием финансовых потерь.

Конечно, такие инструменты есть. В том числе и при пассивном инвестировании.

Дело в том, что взаимно-инвестиционные фонды – это предельно зарегулированный инструмент вложения капитала. Вся деятельность, скажем, американских паевых фондов строго регламентируется Законом 1940 года об «Инвестиционных компаниях» (Investment Company Act). Регулируется абсолютно всё: от контрольного и наблюдательного совета паевого фонда и его состава до разрешённых инструментов к инвестированию.

Самым пагубным, на мой взгляд, результатом подобного жёсткого контроля со стороны государства стал запрет на использование коротких позиций, равно как и производных ценных бумаг (фьючерсов и опционов), которые бы а) позволили зарабатывать не только на росте, но и на падении рынка (индекса) и б) позволили «страховать» портфели от неожиданных движений рынка в отрицательном направлении.

Все эти запреты отсутствуют в случае хедж-фондов, которые изначально (ещё с 20-х годов) активно использовали техники страхования – хеджирования – основных инвестиций. Именно хедж-фонды, на мой взгляд, являются оптимальной формой пассивного инвестирования денег, отличных от НЗ (неприкосновенного запаса) вроде пенсионных накоплений.

О том, как инвестировать в хедж-фонды, мы поговорим в следующей статье.

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

avatar
wpDiscuz